Арбатские типажи. Гусляры
А не силная туча затучилася,
А не силнии громы грянули:
Куде едет собака крымской царь?

А ко силнему царству Московскому:
«А нынечи мы поедем к каменной Москве,
А назад мы поидем, Резань возмем».

А как будут оне у Оки-реки,
А тут оне станут белы шатры роставливать.
«А думайте вы думу с цела ума:

Кому у нас сидеть в каменной Москве,
А кому у нас во Володимере,
А кому у нас сидеть в Суздале,

А кому у нас держать Резань Старая,
А кому у нас в Звенигороде,
А кому у нас сидеть в Новегороде?»

Прокличет с небес господен глас:
«Ино еси, собака, крымской царь!
То ли тобе царство не сведомо?

А еще есть на Москве семьдесят апостолов
Опришенно трех святителев,
Еще есть на Москве православной царь!»

Побежал еси, собака, крымской царь,
Не путем еси, не дорогою,
Не по знамени, не по черному!

Трали-вали,тили-тили.
Этo нам не тили-тили,
Этo мы не трали-вали.
А не силнии громы грянули:
Куде едет собака крымской царь?

А ко силнему царству Московскому:
«А нынечи мы поедем к каменной Москве,
А назад мы поидем, Резань возмем».

А как будут оне у Оки-реки,
А тут оне станут белы шатры роставливать.
«А думайте вы думу с цела ума:

Кому у нас сидеть в каменной Москве,
А кому у нас во Володимере,
А кому у нас сидеть в Суздале,

А кому у нас держать Резань Старая,
А кому у нас в Звенигороде,
А кому у нас сидеть в Новегороде?»

Прокличет с небес господен глас:
«Ино еси, собака, крымской царь!
То ли тобе царство не сведомо?

А еще есть на Москве семьдесят апостолов
Опришенно трех святителев,
Еще есть на Москве православной царь!»

Побежал еси, собака, крымской царь,
Не путем еси, не дорогою,
Не по знамени, не по черному!

Трали-вали,тили-тили.
Этo нам не тили-тили,
Этo мы не трали-вали.