raven_yellow

10 минут на прочтение Золотой пост

ЖЖ рекомендует
Категории:

Как сносили 3арядье

Исторический район Зарядье у многих ассоциируется с гостиницей «Россия». Но задолго до гостиницы «Россия», да что там, задолго до города Москвы жизнь в Зарядье все же была. Считается, что первые поселения в районе современной Москвы возникли на Боровицком холме. А в Зарядье тогда косили траву и пасли скот. Потом кому-то пришло в голову основать тут город.



Кремль появился там, где он стоит и сейчас, а вот Красная площадь сперва представляла собой большой базар, сплошное скопление торговых рядов. А уже за рядами находилась окраина города – Зарядье. Спустя столетия сюда продолжали приводить скотину, но уже не на выпас, а чтобы ее продать на этих самых торговых рядах. Появился этакий древний бизнес-центр с пристанью, таможней и развилкой самых разных торговых путей.



Здесь был Гостиный двор для постоя приехавших купцов, Мытный двор для взимания торговых пошлин, а также множество трактиров и кабаков. А при Иване Грозном в Зарядье появился Английский двор. Царь имел с английской королевой переписку, а с самой Англией – торговлю. Даже в лютые опричные времена английское торгпредство продолжало работать.



Зарядье все время было застроено небогатыми и тесными деревянными домишками, и если случался пожар, оно сгорало полностью, кроме некоторых каменных церквей и зданий. Последний раз Зарядье выгорело дотла в 1812 году, когда русские войска оставили Москву и на прощанье подожгли баржи с сеном.



В 1826-ом году московский генерал-губернатор князь Голицын разрешил еврейским купцам и ремесленникам жить и работать в Москве. В черте оседлости сигнал услышали и мгновенно приехали. Народы православный и еврейский жили и работали бок о бок, и ничего, нормально. Но недолго.



В 1891-ом году генерал-губернатором Москвы стал великий князь Сергей Александрович, консерватор, ретроград и жуткий антисемит. Свою деятельность на посту сити-топ-менеджера он начал с выселения 30 тысяч еврейских семей по причине: нечего тут. Но всех-то не выселишь. И к концу Российской империи в Зарядье жили русские, еврейские, армянские, татарские и других национальностей ремесленники. Жили тесно, бедно, скученно и трущобно, но очень по-московски.



Зарядье представляло собой кишащий муравейник, самый оживленный район Москвы. Когда Сергею Эйзенштейну в фильме «Стачка» понадобилось показать жизнь, из которой путь один – к стачке, он снял ее именно в Заряде. Вот он, знаменитый дом без подъездов, с галереями, переходами, очень колоритный и очень запущенный.



Конец Зарядью должен был настать в 30-ые годы прошлого века. Вот так могла выглядеть панорама центра Москвы. По новому генеральному плану 1935-го года никакого ГУМа на Красной площади не должно было быть, его место должен был занять Народный комиссариат тяжелой промышленности, «Наркомтяжпром».



На конкурс полетели проекты от лучших архитекторов Союза: Мельникова, Леонидова, Щусева, Фомина, братьев Весниных. Все проекты были громадны, и в Кремле решили: «Нет, вместо только ГУМа не поместится, надо – вместо всего Зарядья». Победил проект братьев Весниных.



Спас Зарядье ценой собственной жизни тот человек, ради которого все и затевалось – народный комиссар тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе. В 1937-ом году он взял и застрелился. Сталин решил, раз нет наркома, то зачем нужен комиссариат? И район Зарядье остался цел. Но вскоре началась война, а потом все изменилось.



После войны в Москве стали всем доказывать, что все нипочем и закатили массовое строительство высотных зданий. Построили семь, но должна была появиться и восьмая высотка – именно в Зарядье. Зарядье снесли подчистую, оставив только церкви вдоль улицы Варварки, тогда – улицы Разина. Старый московский район исчез с лица Земли.



Вот такой была бы панорама Зарядья, если бы вместо снесенных кварталов встала высотка архитектора Чечулина. Монументально и несносимо. Строительство пошло быстро и бойко, тем более, курировалось лично Лаврентием Берия.



Но внезапно все застопорилось. Площадь Зарядья занял только основательно залитый фундамент. Существуют самые разные конспирологические теории, почему восьмая высотка так и не была построена. Официально считается, что после постройки еще одной высотки в центре Варшавы на высотку в Зарядье не хватило ни денег, ни материалов. В это не очень верится.



В начале 60-ых остатки Зарядья доламывают окончательно, наконец решив, как использовать гигантский фундамент. Два раза в год Верховный совет собирался на заседания, а где же жить краснодарским дояркам и уральским сталеварам? Итак, на месте, где не появилась восьмая высотка, снова кипит работа.



В середине 60-ых годов порядок в Москве полюбили с новой силой. В архитектуре господствовал советский модернизм. Прямые линии, прямые углы, серый цвет, геометризм. Никакого особого изящества или излишества.



Район Зарядье, в котором должна появиться гостиница, уже зачищен. Жертвой советской архитектурно-давильной машины стал удивительный район старой Москвы, целиком снесенный бульдозерами. Ну, или почти целиком. Вдоль старинной улицы Варварки остались нетронутыми несколько старинных строений и церквей, гостиница обошла их стороной. Тем не менее, их участь была решена.



Автомобильный пандус, подходящий к гостинице, должен был пролечь точно посередине улицы. Московское начальство невозмутимо подписало все смертные приговоры для древних архитектурных шедевров. Все церкви должны были быть снесены в строительную пыль. Подогнали мощные бульдозеры, старейшая улица Москвы приготовилась к удару.



В дело вмешался замечательный человек – Петр Барановский. С 20-ых годов он бился за каждый старый дом в городе, все исторические здания на Пречистенке и Волхонке уцелели только благодаря ему. Он спас от разрушения Храм Василия Блаженного и Андроников монастырь. А что не удалось сохранить, он обмерил и сохранил в числах и величинах, например, Казанский собор на Красной площади.



В 1933-ем году Барановсий был арестован и направлен в сталинские лагеря, но даже там умудрялся работать и даже был досрочно освобожден. К 60-ым годам Барановский – самый упорный и настойчивый защитник московской старины. Он понимает, что на Варварке счет идет уже даже не на недели, а на дни, и решает выложить свой главный козырь.



Он внезапно обращает внимание всей общественности на находящуюся на Варварке Библиотеку всемирной иностранной литературы и доказывает, что вся надстройка это не что иное, как шуба, надетая поверх Старого английского двора, отданного соотечественникам Шекспира еще при Иване Грозном.



Старый английский двор – это сенсация 60-ых годов. Древнейшее гражданское сооружение за пределами Кремля, здесь, на Варварке, веками простояло надстроенным и неузнанным. Снести такое здание даже у советских властей 60-ых руки не поднялись.



Прошли годы, и снесли уже саму гостиницу «Россия». Теперь там парк, и московские старожилы знают, что в парке спрятаны несметные сокровища. Жил в XVIII веке в Москве вор Ванька Каин. Он «искренне» покаялся в своих грехах и стал работать на полицию. Ванька доносил на своих коллег, но при этом брал взятки от тех, кто не хотел оказаться за решеткой.



Такая двойная игра позволяла ему вести шикарную жизнь. Но правда вылезла наружу, и Ваньку Каина арестовали. При этом его богатства исчезли. Полиция обыскала все вокруг, но ничего не нашла. Сам Ванька Каин даже под пытками не рассказал о тайнике. Так и остались клады где-то в недрах Зарядья — там, где потом выросла гостиница.



Фото без моих логотипов взяты из Сети.
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Ошибка

В этом журнале запрещены анонимные комментарии

Картинка по умолчанию

Ваш ответ будет скрыт