Алексей (raven_yellow) wrote,
Алексей
raven_yellow

Categories:

Легенды «Дома с крокодилами»

Дом Перцова – один из самых красивых домов Москвы, выполненный в неорусском стиле, расположен на углу Пречистенской набережной и Соймоновского проезда, в двух шагах от Храма Христа Спасителя. Москвичи называют его "Домом-сказкой" или "Домом с крокодилами". Здание задумывалось как доходный дом для творческой интеллигенции.



Дореволюционная Россия была второй страной в мире по абсолютной протяженности железных дорог – 63 тысячи верст. Одна тысяча из этих верст, то есть каждая 63-я верста в России построена Петром Николаевичем Перцовым.



Вообще-то "Дом-сказка" называется Домом Перцовой, а не Перцова, но никакой истории про сильную женщину в патриархальной стране здесь нет. Просто железнодорожный магнат и один из самых состоятельных предпринимателей России Петр Перцов, согласно старинной русской традиции экономической безопасности, записал недвижимость на жену.



Но почему же у такого серьезного человека такой несерьезный, игрушечный дом? Однажды инженер Перцов, талантливый строитель и успешный предприниматель, посетил известную галерею Цветкова на Пречистенской набережной и любовался видами кремля с балкона. Сам же дом известного мецената Ивана Цветкова был выполнен в "русском стиле" по эскизам Виктора Васнецова.



«Вот бы мне такой дом!» – воскликнул инженер. «Ничего не может быть проще!» – подхватил хозяин. – «Если я укажу место еще лучше, обещаете построить дом в русском стиле? На углу моей улицы продается участок и мой сосед-книгоиздатель Левенсон торгует его, но хочет отжать цену. Поторопитесь!»



Инженер бросился к владельцу, и тот, понимая, что Левенсон не даст больше, уступил участок за 70 тысяч рублей. Перцов собирался строить доходный дом. Казалось бы – что мудрёного, ставишь коробку и несколько колонн на фасаде. Но он обещал построить дом в русском стиле. И Перцов поступил так, как делают, когда возводят значимые общественные объекты.



Он объявил открытый конкурс, с призовым фондом. Для участия в жюри были приглашены такие корифеи, как Виктор Васнецов, Василий Суриков, Василий Поленов, Федор Шехтель, Илларион Иванов-Шиц. Победили проекты художников Аполлинария Васнецова и Сергея Малютина, но Перцову по душе пришелся более оригинальный вариант Малютина: терем с изобилием ярких деталей. Художнику дали в помощь архитектора Жукова и работа закипела.



Острый угол по переулку представлял особую сложность, но художник на то и художник, чтобы придумывать. В результате узкий балкончик со шпилем и громадный конек крыши за ним стали одними из самых ярких деталей здания, сразу придав ему сходство со средневековым замком



Для себя хозяин оставил лучшую часть дома вдоль набережной, "отлетный корпус", как он говорил, а для жильцов – часть дома с видом на Храм Христа Спасителя. Специально выписанные из нижегородской губернии мастера покрыли резьбой практически все деревянные поверхности в доме, двери, перила, вешалки. Они же по эскизам Малютина оформляли квартиру Перцова.



На строительство ушло 11 месяцев — совсем немного для таких работ, как резные лестницы, майоликовые печи, витражи, спальни с нишами и курительные комнаты в восточном стиле. Считается, что здание украшают панно с любимыми сюжетами самого Малютина: встреча быка с медведем, Ярило и звезды, драконы, заяц и сова, женщина-птица сирин над входной дверью. Объемная труба имеет форму спящей совы, а балкон поддерживают драконобразные змеи, из-за которых москвичи и прозвали дом Перцова "Домом с крокодилами".



Цветные майоликовые панно этого дома видны издалека. Их делала мастерская выпускников Строгановки «Мурава». Причем, Перцов спас мастерскую от закрытия – у ребят не было работы, а тут такой большой заказ. Разумеется, все панно сделаны по рисункам художника Малютина.



Доходным этот дом, в тогдашнем понимании, назвать было сложно. Перцов брал скромную плату за проживание, а главным критерием предоставления жилья был талант. Таким образом, здесь арендовали квартиры и студии художники Михаил Нестеров, Константин Юон, Павел Соколов-Скаля, Роберт Фальк, Василий Рождественский, Натан Альтман, Александр Куприн, а также артисты МХТ.



Среди жильцов дома хватало и оригиналов – например, некий Поздняков, снявший квартиру из 4 комнат, чтобы дать волю своей фантазии. В одной из комнат он устроил зимний сад, засыпав паркет песком и вкопав в него кадки с пальмами, в другой – гостиную с тигровыми шкурами на полу, а самую большую из комнат превратил в ванную. Громадная ванна из черного мрамора красовалась на специальном возвышении, и хозяин принимал водные процедуры, возлежа в этой ёмкости в окружении множества свечей и собственных отражений в расставленных повсюду зеркалах.



Интерьеры не сохранились, но их надо посмотреть хотя бы на старых фотографиях , настолько они необычны и причудливы. После революции хозяйскую квартиру занял Лев Троцкий, скорее всего, деревянная резьба тогда и исчезла. Очевидно, Троцкому не нравился такой стиль.









Советская власть хорошо "поработала" над особняком Перцова, не оставив из интерьеров почти ничего. Но вот с чем она никак не справилась, так это с лестницей. Малютинская лестница невероятной, очень причудливой формы – это единственный возможный путь на верх в сказочном доме.



Но вернемся к Перцову. В семье подрастали дети, и инженер оборудовал в подвале зал для молодежи – проводить домашние спектакли, танцы. Это помещение приглянулась актеру и режиссеру Никите Балиеву, и он арендовал его для неформальных встреч артистов Художественного театра. Рассказывают, что когда Балиев впервые вошел сюда, ему навстречу вылетела летучая мышь. «Отличное название для кабаре!» – воскликнул режиссер.



Таким образом, В 1908 году в одном из подвалов "Дома-сказки" разместился уникальный театр-кабаре «Летучая мышь». В представлениях и постановках этого уникального театра участвовали известные актеры Московского художественного театра: Ольга Книппер-Чехова, Василий Качалов, знаменитые режиссеры Константин Станиславский и Владимир Немирович-Данченко. Здесь пел Александр Николаевич Вертинский.



Первое время они же были и единственными зрителями, так как посторонняя публика на камерные постановки «Летучей мыши» не допускалась. Была придумана эмблема, явно пародирующая мхт-шную чайку, ведь почти все артисты театра-кабаре «Летучая мышь» были из МХТ.



Создателями театра были двое: денди и спортсмен, неимоверно богатый представитель армяно-черкесского рода Николай Лазаревич Тарасов и не менее колоритная личность – Никита Федорович Балиев. «Летучая мышь» проектировалась ими как некое интимное местечко, где могли бы собираться после спектаклей артисты и предаваться отдыху, попутно разыгрывая капустники и ставя спектакли-пародии.



Все театральные события в Москве, где бы они не происходили, пародировались, высмеивались и переигрывались здесь. Попасть сюда мог далеко ни кто угодно, будь ты хоть депутат Госдумы. Попадали только по личному знакомству с Балиевым или Тарасовым. Ну, или (берем выше) со Станиславским. Быть владельцем самого закрытого и самого веселого театра в городе было приблизительно то же самое, что быть председателем Английского клуба, тоже закрытого.



На каждого вновь пришедшего надевался шутовской колпак. Надевший его давал обет: не обижаться ни на что и никогда, ни на оскорбления чувств верующих, ни на глумление над святынями, ни на шутки про царя и отечество. Скетчи из репертуара «Летучей мыши» были довольно специфичны, на самом деле «Летучая мышь» была первым московским театром миниатюр: здесь ставились небольшие спектакли-сценки в столь модном тогда стиле модерн, пародии на то, что было за стенами этого маленького уютного мирка актеров, песенки, танцы, куплеты.



Это были отклики на спектакли театральной Москвы или же отклики на какие-то светские культурные события того времени. Пьеро и Коломбина, смешные персонажи из русских сказок, сценки. Ставились спектакли и по классическим произведениям М. Лермонтова, А. Пушкина, Н. Гоголя, А. Чехова. Первой пародией театра стала пародия на спектакль «Синяя Птица».



В доме Перцова театр просуществовал всего полтора театральных сезона: вода из Москвы-реки, заливавшая подвал, стала причиной того, что театр поменял свое место прописки, переехав в дом в Милютинском переулке. К сожалению «Летучая мышь» не избежала и трагедии: в октябре 1910 года трагически погиб главный меценат театра Николай Тарасов. Это был, пожалуй, единственный случай в истории театра «Летучая мышь», когда вместо смеха и шуток в ее стенах звучали звуки панихиды.



В Государственном историческом музее, который по своему «русскому стилю» так близок дому Перцовой, в 13-ом зале висит панно с пейзажем Москвы, оно появилось тут только в 1950-ом году, то есть уже при Сталине, а раньше тут было пусто. Дореволюционные власти долгие годы тщетно пытались найти художника, которые правильно впишет на это место Куликовскую битву.



Вначале обратились к очень модному в те годы Валентину Серову, и Серов чувственно написал всем известный пейзаж «После битвы». Но заказчикам эта картина показалась недостаточно героической. Следующим кандидатом оказался Малютин, но и его эскиз не устроил руководство. Панно осталось пустым, но замысел так захватил Малютина, что он решает дописать «Куликовскую битву», уже невзирая на заказчика. Для огромного полотна ему требуется большой зал, и подходящим местом оказывается подвал дома Перцова. В подвале же хранились и другие его картины, а сам художник с семьей жил на верхнем этаже здания.



Весной 1908 года в Москве случилось наводнение, и вода Москвы-реки затопила подвал дома. Сам художник в этот день дома отсутствовал, а когда по улицам Москвы хлынула вода, не успел до него добраться. Вернувшись, он обнаружил часть своих полотен безнадежно испорченными: погибли «Куликово поле», «Царевна», «Леший», «Баба-яга» и множество других работ. Жена Малютина, Елена Константиновна, простудилась, бегая в ледяной воде и пытаясь спасти картины мужа. Она вынесла, что успела, но слегла и ушла из жизни через несколько месяцев, оставив Малютина, вдовцом с четырьмя детьми.



После революции домовладельца выселили не сразу. Видимо, ему удалось наладить отношения с одним из новых влиятельных жильцов, которым оказался сам Троцкий. Лев Давидович поселился в бывших апартаментах Позднякова, унаследовав его мраморную ванну и зимний сад. Но в 1922 году Перцов выступил против начатой советской властью национализации церковного имущества. Являясь одним из хранителей ценностей храма Христа Спасителя, Петр Николаевич пытался помешать их разграблению, в результате чего получил пять лет тюремного заключения.



Стараясь вытащить супруга из-за решётки, Зинаида Алексеевна обратилась к Троцкому, и тот решил дело, как посчитал нужным: в 1923 году приказано было Перцова освободить, а его семейству – очистить занимаемую жилплощадь, после чего 4-этажные апартаменты Лев Давидович занял самолично.



О том, кто именно и когда отдал приказание полностью изменить интерьер квартиры, свидетельств не осталось, но наиболее вероятно, что произошло это как раз при Троцком. Ремонт провели просто и кардинально: сняли всю резьбу, стены заштукатурили и покрасили, расписные потолки побелили. Говорят, когда Малютин узнал об этом, он заплакал впервые в жизни.



Кстати, фамилия владельцев дома все же ПерцОвы, а не ПерцЕвы. Это можно увидеть в справочнике «Москва 1917 г.», стр.380. В последней строке третьего столбца читаем: "ПерцОв Петр Николаевич, инженер путей сообщения". (Информация с сайта «Москва любви моей»).



Материал взят из десятка разных источников, в основном, из передачи Владимира Раевского «Сделано в Москве». Фото без моих логотипов взяты из Сети.

Tags: Перцов, Перцовой, Раевский, Сделано в Москве
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 96 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →