Алексей (raven_yellow) wrote,
Алексей
raven_yellow

Categories:

Москва Льва Толстого

Лишь степень самопознания человека определяет его проникновение в суть вещей. Но каждый может познать себя только в том качестве, в которое он себя в этой жизни спроецировал, и не больше, у каждого своя планка.

Кто из прославленных москвичей больше всего ходил пешком? Один из таких людей – граф Лев Николаевич Толстой, он очень любил гулять по городу, и ему ничего не стоило дойти из Хамовников в Петровско-Разумовское.



Древнейшая из частично сохранившихся церквей Москвы – Рождества Богородицы на Сенях в Кремле, видна только со стороны Манежной. Добавление «на сенях» показывает, что она была построена возле княжеского дворца. Ее заказала княгиня Евдокия, вдова Дмитрия Донского, в 1393-м году, предположительно в память о Куликовской битве. Сейчас церковь входит в состав комплекса Большого Кремлёвского дворца.



Именно в этой церкви венчались Лев Толстой и Софья Берс. Отец Софьи, придворный медик, имел квартиру в Кремле. Лев Николаевич часто приезжал сюда, и в 1862-м году отправился делать предложение Софье. Он писал мелом на карточном столике начальные буквы, а Софья Андреевна легко читала.



В 19-ом веке Девичье поле было действительно полем, и зимой здесь проводили санные катания. Сюда приводили сначала самого Толстого, затем его детей и внуков. Ведь у Льва Николаевича и Софьи Андреевны было 12-ть детей, и 8 из них дожили до зрелого возраста. Так что закономерно, что памятник Толстому поставили в начале сквера Девичьего поля.



Сначала здесь стоял монумент работы Меркурова, скульптор делал посмертную маску писателя, и по свежим впечатлениям вырезал трехметровую гранитную фигуру в канонической рубахе, с руками, заправленными за пояс. Но при Советской власти любили передвигать монументы, и меркуровского Толстого убрали во двор музея на Пречистенке, а на площади посадили Толстого скульптора Портянко. Два памятника отличаются как воспоминания современника и исследование потомка.



А вот в усадьбе Лопухиных-Станицкой на Пречистенке, где сейчас находится Государственный музей Льва Толстого, Лев Николаевич никогда не бывал. Просто в 1920 году большевики выделили это здание для музея, и его устроитель, Валентин Булгаков, решил, что это достойное помещение. Хотя граф наверняка проходил мимо – дальше по улице в гимназии Поливанова учились его дети, Лёля и Илья.



Сначала Лев Николаевич подумывал отдать их в Первую московскую гимназию на Волхонке, но там его попросили дать расписку о благонадежности детей. Писатель возмутился: «Я за себя-то не могу дать такую расписку, потому что нрава неспокойного, как же я могу дать ее за сыновей?» А Поливанов взял Толстых «сверх комплекта», потому что в гимназии учились не более двухсот детей.



Как-то Лев Николаевич помогал сыну с сочинением о лошади, и вписал туда полстраницы своего текста. Поливанов вернул сочинение, синим карандашом подчеркнув те места, которые сочинил Толстой-старший.
– Скажите, пожалуйста, Толстой, то, что я подчеркнул, написали ведь не вы, а Лев Николаевич?
– Да, вы угадали! – ответил Лёля.
– Очень хорошо, – улыбнулся директор, – я поставил вам четыре. Как приятно поставить четверку по словесности самому графу Льву Толстому!



Лето 1837 года было чуть ли не единственным в жизни Толстого, что он провел в городе - в будущем он будет приезжать в Москву только зимой. В 1848 и 1850-1851 годах Толстой снимает квартиру в доме некоей титулярной советницы Ивановой в Сивцевом Вражке. Именно здесь к нему приходят идеи первых произведений, здесь он пишет «Историю вчерашнего дня» и начинает писать «Детство».



Сейчас кажется, что Толстой всегда был старцем-морализатором, поэтому сложно поверить, что этот период его жизни был связан с бесконечными азартными играми и светскими развлечениями. Лев Николаевич часто захаживал в Английский клуб на Тверской. Это было очень модное великосветское заведение, в «Анне Карениной» писатель называет клуб «храмом праздности».



В бильярдной клуба до последнего времени стоял китайский бильярд, на котором Толстой как-то проиграл проезжему офицеру тысячу рублей, а денег на выплату с собой не было. Клубные же правила строги, можно и на черную доску попасть. К счастью, в клубе оказался издатель Катков, он выручил Толстого, а через некоторое время в катковском «Русском вестнике» появилась повесть Толстого «Казаки».



Усадьбу Сологуба на Поварской принято считать прообразом московского имения Ростовых в «Войне и мире». А во времена Толстого здесь проживало семейство Боде-Колычевых, французских дворян, эмигрировавших в Россию во время Великой Французской Революции. Толстой находился с ними в родстве и часто бывал в гостях – Боде-Колычевы устраивали балы и светские рауты.



Толстой любил бывать в парке Сокольники. Известно, что Лев Николаевич со старшим братом Николаем кутили в Сокольниках в ночь на 1 мая в 1851 году. На следующий же день Толстой последовал за братом на военную службу на Кавказ. Кстати, именно в Сокольницкому лесу состоялась дуэль Пьера Безухова с Долоховым в «Войне и мире». Неожиданно для всех и для себя Пьер вызвал заядлого дуэлянта к барьеру, практически не умея стрелять.



Приезжая в Москву в зрелом возрасте, Толстой останавливался у родственников, в гостиницах, снимал квартиры. В 1857-1958 годах жил с сестрой и братом на Пятницкой улице, в меблированных комнатах купца Варгина. Он уже – известный автор хорошо принятых публикой «Севастопольских рассказов» и работает над «Казаками».



Ежедневно он ходил отсюда на Дмитровку заниматься в гимнастический зал. В это время были в моде прыжки через гимнастического коня, и рядом с 30-летним писателем скакали почтенные отцы семейств в розовом трико с брюшками. Вернувшись в деревню, Лев Николаевич, чтобы не прекращать тренировки, начал прыгать через обычную кобылу, чем глубоко удивил крепостных крестьян.



Надо сказать, что при Толстом Москва изменилась кардинально, ведь первый раз он увидел город в 1837 году, а последний – в 1909. Не одна, а несколько эпох прошли за это время. Мальчиком он застал, как гнали по Плющихе стада в Лужники, и редкий дом имел третий этаж, а потом появились громады домов, заводские корпуса, трамвай, электрическое освещение. «Без лошадей ездят, в трубку говорят!» – дивился Толстой.



Лев Николаевич постоянно ходил к жившему неподалеку, на Полянке, Афанасию Фету. Толстой требовательно относился к искусству, Шекспира, например, он вообще не признавал, а Фета считал одним из лучших поэтов современности. Особенно он любил стихотворение «Шепот, робкое дыханье, трели соловья», потому что в нем нет ни одного глагола. Дом Фета на Малой Полянке не сохранился, вместо него раскинулся новый жилой комплекс «Онегинъ».



Толстого рисовали художники первой величины: Крамской, Суриков, Серов, Пастернак, Ге. Последний сблизился с писателем настолько, что Толстой говорил: «Если меня нет в комнате, спрашивайте Ге. Он ответит то же самое». Художник стал толстовцем, отказался от мяса, собственности и собственноручно клал соседям печи. Благодаря Толстому появился его знаменитый «Страстной цикл».



Вершина «Страстного цикла», картина «Что есть истина», сначала не понравилась Третьякову. И Толстой написал меценату страстное письмо: «Вы собрали кучу навоза, чтобы не упустить жемчужину, и забираете все, кроме нее». Третьяков сдался, и сегодня картина выставляется в галерее.



Писателя связывала тесная дружба и с Ильей Репиным. Дом Репина в Земледельческом переулке сохранился. Толстой пришел сюда, осмотрел картины, что-то похвалил, а вот незаконченных «Казаков, пишущих письмо султану», раскритиковал. Репин чуть было не забраковал холст, но потом понял, что «наш идол», как он называл Льва Николаевича, может иметь отличное от него мнение.



Толстой много гулял, причем, не только по городу, трижды он ходил пешком из Москвы в Ясную Поляну, а это 200 км. Его усадьба в Хамовниках находилась недалеко от мастерской художника, и писатель предложил Илье Репину гулять после работы вместе. За беседой они забирались так далеко, что уставали и возвращались на конке, причем обязательно наверху, на империале, как любил Толстой. Никто столько не рисовал Толстого, как Репин, Илья Ефимович сделал около 50-ти работ.



В зрелые годы в мировоззрении Толстого произошли серьезные изменения. Он хочет жить простой, трудовой жизнью, вдали от лжи больших городов. Но семейные обстоятельства требуют присутствия в Москве. 19-летний сын Сергей учится в Московском университете, 17-летняя Татьяна – в Училище живописи и ваяния на Мясницкой, два мальчика – в гимназии Поливанова. И вот Толстой идет на компромисс, он покупает обширную усадьбу в Хамовниках.



В это время в Хамовниках жили еще патриархальной жизнью, в газетах можно еще было найти объявление: «Продается дом с садом, сенокосом, рекой, всеми угодьями, но без права охоты». Усадьба была в приходе церкви Николая Чудотворца в Хамовниках, так этот район называли по мастерам, занимавшимся белой казной, ткачеством. Толстой описал эту церковь в романе «Война и мир».



Как пишет историк Васькин, Толстой впервые появился в этой усадьбе под вечер, в своем старом пальто и порыжевшей шляпе. Хозяйка дома, Арнаутова, посетовала, что дом посмотреть не удастся, электричества тогда не было. «Дом мне не нужен, покажите сад!» – сказал граф, не представившись. И участок ему понравился, обширный, дом из 16-ти комнат просторен, а в саду было десятка два яблонь, вишни, сливы, барбарис, малина и собственный колодец.



В конюшне стояли не только лошади, но и корова. Толстой старался следовать своим новым принципам – не ел мяса, ежедневно занимался физическим трудом, сам колол дрова для десяти печей и носил воду из колодца. А когда он испортился, ездил с бочкой на Крымский мост. Один из сараев переоборудовали под книжный склад.



В семье усадьбу назвали «Арнаутовкой», по имени прежних владельцев. В ней все устраивало Толстых, но не было парадных комнат. Поэтому сразу после покупки под личным присмотром Льва Николаевича, были достроены парадная лестница и три больших помещения. В главной комнате принимали гостей. Устраивала домашние спектакли, читали свои произведения, играли в шахматы, и конечно вечерами пили чай.



Но чаще всего тут звучала музыка. Один раз пел Шаляпин, а аккомпанировал ему Рахманинов. Лев Николаевич – писатель, но при этом считал высшим видом искусства именно музыку. Он сам в молодости неплохо играл на фортепиано.



Следующая комната – это гостиная. Софья Андреевна называла ее красной, а Лев Николаевич – скучной.



Далее идет кабинет писателя, низкий потолок, пол обит солдатским сукном. Перед столом стул со спинными ножками, Толстой любил низко склоняться над листом бумаги, и очень простые свечи, писатель работал при свете одной свечи. За этим столом написано: «Воскресение», «Крейцерова соната», и многое другое.



В Хамовниках Лев Николаевич брал уроки сапожного мастерства, и научился шить сапоги. Как-то ему сделал заказ Афанасий Фет. Толстой сточил пару, и поэт заплатил шесть рублей и составил расписку, что вот эту пару сделал собственноручно автор «Войны и мира». А на этом велосипеде пожилой писатель ездил по окрестностям.



Музей писателя устроили практически сразу после его смерти, в 1911-ом году. Сегодня у музея три помещения в разных концах Москвы: литературная экспозиция на Пречистенке, Толстовский центр на Пятницкой и мемориальная усадьба в Хамовниках. Вот по этим дорожкам 70-летний писатель лихо ездил на велосипеде, а зимой на коньках. В молодости он был сильным конькобежцем и без труда мог повторить молодецкие трюки Константина Лёвина.



Но город наступал, со всех сторон нависали заводские корпуса, стена к стене стоял пивзавод. В свою очередь Лев Николаевич организовал в Москве Общество трезвости. Сам граф старался не пользоваться предметами роскоши. А на окрестных заводах словно назло ему выпускали вещи для балов: чулки, помаду, шелковые ткани.



Для всего мира Лев Толстой – гениальный автор романов, повестей, рассказов. В конце 19-го века для многих он учитель жизни, мудрец, дававший ответы на самые важные вопросы. А Москва помнит его неутомимым пешеходом. Извозчики знали об этом и почти никогда к нему не подъезжали. «Не шел, а просто бежал по Арбату своей пружинной походкой!» – записал Бунин о своей случайной встрече с писателем.



Материал взят из передач Михаила Жебрака «Москва. Пешком». Фото без моих логотипов взяты из Сети.
Tags: Жебрак, Толстой, пешком, толстовская
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 82 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →