Надгробие блаженного Корейши
Иван Яковлевич Корейша — русский юродивый, почитаемый многими современниками в качестве прозорливого, прорицателя и блаженного, но не канонизированный Русской православной церковью в лике святых. Увековечен в произведениях русской классической литературы Ф. М. Достоевским, А. Н. Островским, Н. С. Лесковым и Л. Н. Толстым, И. А. Буниным и другими.
Его могила находится на самом маленьком московском кладбище, в Черкизово, у церкви Илии Пророка. Сюда не зарастает народная тропа. Люди приходят с просьбами, молитвами, водой, землей, в общем, со всем, что может впитать в себя святость. Тут лежит человек с очень специфической, и, если хотите, с очень московской профессией, он блаженный.
Вообще, увлечение Москвы блаженными очевидно, и Василий – не единственный пример. Вот, недалеко от Красной Площади в Зарядье есть церковь Максима Блаженного. Кем был этот Максим, не очень известно, но видно, что и он, и Василий, люди одного круга. И таких на Руси испокон веков немало.
Корейша родился в конце 18-го века в Смоленской губернии, и в начале своей юности выглядел не так, как на многочисленных портретах. Иван Корейша был семинаристом, изучал богословие, греческий язык, латынь, а потом, в мае 1807-го года в один прекрасный день резко закрыл книгу, вышел из класса, и пошёл.
Корейша стремительно превращался из талантливого семинариста в талантливого юродивого, шел и шел. Он оказывался на Соловках, в Киево-Печерской лавре, в Ниловой пустыни, а потом неизбежно прибыл в Москву. Столица всегда располагала открытыми вакансиями.
К этому времени за Корейшей закрепилась репутация блаженного, ну а значит, способного на чудеса, провидение, исцеление, и вообще, зрящего в корень. Не будем приводить пример его чудес, чтобы не оскорбить и верующих, и неверующих. Дальнейшая участь Корейши была незавидной. Остаток жизни, аж 44 года, он провёл в Преображенской больнице, лечебнице для психически нездоровых людей.
Конец 19-го века дал России железные дороги, заводские станки, но психиатрия оставалась на все том же допотопном уровне. Шансов на выздоровление они не давали. Здесь, в больнице, лежал человек на пропитанном вонью нечистот песке. К этому времени вокруг Корейши сформировался определенный культ, и тот самый песок из-под него продавали, как чудодейственный. Еще шли на поклон.
Причем, Москва, люди самого разного сословия, как из народа, так и всегда склонные к мистицизму русские аристократы. Проживший всю жизнь в лечебнице для душевнобольных, до конца дней почитаемый всей Москвой, Иван Корейша умер в 1861 году. Митрополит Филарет разрешил похоронить его в селе Черкизово, у красивого храма Илии Пророка раннепетровских времен.
В то время Иван Яковлевич был популярен феноменально. Первые пять дней на его могиле отслужили двести панихид, а сообщения о смерти вроде бы нищего, бездомного, безумного человека в больнице поместили к себе все московские газеты.
Но и после смерти слава Корейши никуда не делась. Имя Иван Яковлевич стало нарицательным для обозначения московского блаженного и народного кумира. Лев Толстой писал: «Ну, и я ездил с ней к Ивану Яковлевичу и очень благодарен ей за то, что видел этого замечательного человека. А матушка никак не хочет понять этого, видит в этом суеверие». И до сих пор к его могиле приходят люди.
Легенды о Корейше слагали и в 20-ом веке. Например, поезд метро, приближаясь к станции Преображенская площадь, из-за сложного рельефа, замедляет ход. И ведь весь 20-ый век в Москве говаривали, что поскольку неподалеку похоронен Корейша, это он пришел во сне к начальнику метрополитена, и сказал: «Давайте потише, я здесь молюсь! Кто на скорости мимо меня проедет, проклят будет!» Вот они и ползут во избежание аварии.
Материал частично взят из передач Владимира Раевского. Фото без моих логотипов взяты из Сети.
Его могила находится на самом маленьком московском кладбище, в Черкизово, у церкви Илии Пророка. Сюда не зарастает народная тропа. Люди приходят с просьбами, молитвами, водой, землей, в общем, со всем, что может впитать в себя святость. Тут лежит человек с очень специфической, и, если хотите, с очень московской профессией, он блаженный.
Вообще, увлечение Москвы блаженными очевидно, и Василий – не единственный пример. Вот, недалеко от Красной Площади в Зарядье есть церковь Максима Блаженного. Кем был этот Максим, не очень известно, но видно, что и он, и Василий, люди одного круга. И таких на Руси испокон веков немало.
Корейша родился в конце 18-го века в Смоленской губернии, и в начале своей юности выглядел не так, как на многочисленных портретах. Иван Корейша был семинаристом, изучал богословие, греческий язык, латынь, а потом, в мае 1807-го года в один прекрасный день резко закрыл книгу, вышел из класса, и пошёл.
Корейша стремительно превращался из талантливого семинариста в талантливого юродивого, шел и шел. Он оказывался на Соловках, в Киево-Печерской лавре, в Ниловой пустыни, а потом неизбежно прибыл в Москву. Столица всегда располагала открытыми вакансиями.
К этому времени за Корейшей закрепилась репутация блаженного, ну а значит, способного на чудеса, провидение, исцеление, и вообще, зрящего в корень. Не будем приводить пример его чудес, чтобы не оскорбить и верующих, и неверующих. Дальнейшая участь Корейши была незавидной. Остаток жизни, аж 44 года, он провёл в Преображенской больнице, лечебнице для психически нездоровых людей.
Конец 19-го века дал России железные дороги, заводские станки, но психиатрия оставалась на все том же допотопном уровне. Шансов на выздоровление они не давали. Здесь, в больнице, лежал человек на пропитанном вонью нечистот песке. К этому времени вокруг Корейши сформировался определенный культ, и тот самый песок из-под него продавали, как чудодейственный. Еще шли на поклон.
Причем, Москва, люди самого разного сословия, как из народа, так и всегда склонные к мистицизму русские аристократы. Проживший всю жизнь в лечебнице для душевнобольных, до конца дней почитаемый всей Москвой, Иван Корейша умер в 1861 году. Митрополит Филарет разрешил похоронить его в селе Черкизово, у красивого храма Илии Пророка раннепетровских времен.
В то время Иван Яковлевич был популярен феноменально. Первые пять дней на его могиле отслужили двести панихид, а сообщения о смерти вроде бы нищего, бездомного, безумного человека в больнице поместили к себе все московские газеты.
Но и после смерти слава Корейши никуда не делась. Имя Иван Яковлевич стало нарицательным для обозначения московского блаженного и народного кумира. Лев Толстой писал: «Ну, и я ездил с ней к Ивану Яковлевичу и очень благодарен ей за то, что видел этого замечательного человека. А матушка никак не хочет понять этого, видит в этом суеверие». И до сих пор к его могиле приходят люди.
Легенды о Корейше слагали и в 20-ом веке. Например, поезд метро, приближаясь к станции Преображенская площадь, из-за сложного рельефа, замедляет ход. И ведь весь 20-ый век в Москве говаривали, что поскольку неподалеку похоронен Корейша, это он пришел во сне к начальнику метрополитена, и сказал: «Давайте потише, я здесь молюсь! Кто на скорости мимо меня проедет, проклят будет!» Вот они и ползут во избежание аварии.
Материал частично взят из передач Владимира Раевского. Фото без моих логотипов взяты из Сети.